Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Растянутое самоубийство!

В мире, который молится иным богам, кроме человека,
отрицающем человека такого, каков он есть
со всеми его природными и "общественными" свойствами теперь,
ДЕМОНСТРАТИВНОСТЬ - единственное средство выжить
и верный способ... самоубийства,
растянутого на целую жизнь отдельного человека
и... Рода Человеческого.
 
М.Л.Покрасс
                     Из кн. "Залог возможности существования" 
 

ЕЙ НЕЛЬЗЯ НА НИХ СМОТРЕТЬ! 2020 04 03



В марафон после долгого перерыва пришла значимая здесь для всех участница. Она словно вся светилась чем-то новым.

Что с ней произошло за время ее отсутствия, не знали. Но я видел, что заметили это её новое состояние все, и, надеясь обеспечить женщине заинтересованную поддержку в её изменении, обратился к участникам с вопросом: замечают ли они в пришедшей что-то, важное им, новое? Попросил тех, кто замечает, поднять руки. Дальше я собирался расспросить: в чем это, новое, по их мнению, заключается?

Не подняла руку только одна, очень осторожная в своих оценках, вдумчивая женщина, обычно к моим просьбам относящаяся всерьёз. Спросил ее, почему?

- Я этого не замечаю! - объявила она сердито, с несвойственным ей вызовом. И напряглась, будто в чем-то виноватая и готовая к нападению.

Было ясно, что женщину что-то задело. А это её воинственное: «не замечаю!» показалось, очень похожей на ревность, зависть к другой, убедительной для нее, женщине неправдой.

Стал расспрашивать.

- Есть женщины, - отвечала, явно сама недовольная собой, искренняя участница группы, - на которых, мне почему-то нельзя смотреть! На большинство женщин можно, а есть те, на кого нельзя! Она сегодня такая, на которую мне смотреть нельзя!

- Сегодня – нельзя. А прежде? В прошлые ваши встречи тоже нельзя было?

- Нет, тогда было можно. Вообще-то, она мне всегда нравилась прямотой.

Мне показалось, что я начинаю чувствовать, о чем говорит женщина, догадываюсь, чего и почему она «не замечает» в той, о ком мы говорили, и понимаю, на каких женщин и почему ей нельзя смотреть!

Становилось ясно, что изменение в нравящейся ей женщине моя собеседница, не сознавая того, заметила. Что замеченного она хочет и для себя, но признаться себе в этом ей пока почему-то нельзя! И она действительно той завидует. 

Доверяя искренности отвечавшей (искренности со мной, не с собой!) и своей догадке спросил:

- Чем отличаются отношения тех и других женщин со всем, что им надо? Кто свободнее?

- Не поняла (вопроса), - растерялась отвечавшая. - Они, конечно, свободнее, - она имела в виду тех, на кого ей смотреть нельзя.

- Представьте! - попросил я. - На столе стоит любимое кушанье. Чем будет отличаться поведение той, на кого Вам нельзя смотреть, от поведения тех, на кого Вы смотреть можете, от Вашего поведения?

- Она возьмет, что хочет. А мне и им – нельзя!

- Правильно я понимаю, что те, на кого Вам «нельзя смотреть», пугают Вас своей откровенностью, как бесстыдством? Что их жизнь открытых людей для Вас соблазн?!

- Не знаю. Может быть.

Так всплыл важный вопрос. Моей собеседнице, при всей ее добросовестности, нельзя быть свободной! Получалось, нельзя быть счастливой! А та, на кого ей «нельзя смотреть», и чьих изменений моя собеседница «не замечала», впервые ощущалась счастливой. Чувствовалось, что-то очень важное с ней происходило или предстояло ей.

Волнующего её в другой, счастья моя собеседница, как и все люди, конечно хочет. Но позволить его себе не может. Ей нельзя брать! Пользуется она только даренным (или, взяв, не пользуется). Поэтому чувствует себя не благодарной, но обязанной (должницей). И оправдывает неблагодарность тем, что взятого «не замечает» (ничем будто бы не пользуется) и снова ничего «не берет», все чужие усилия – в прорву. Спросил:

- Чье поведение, по-Вашему, добрее? Чье честнее? В чьем больше доверия к сидящим за столом и уважения к людям? В Вашем или тех, на кого Вам «нельзя смотреть»?!

ГРАМОТНЫЕ! 2020 04 01



Часто издалека звонящие, со мной не знакомые люди, справляясь о предстоящей работе, спрашивают: «А какая будет тема марафона?».

В этот раз марафон начался с того, что, входя с улицы, сразу два мужчины не вытерли ноги и нанесли грязных следов. Я сержусь. А вошедшей за ними участнице пришлось взяться за швабру.

Когда собрались почти все, стал спрашивать о задачах, с которыми пришли в марафон.

- Хочу побыть в марафоне.

- Хочу прожить эти два дня в марафоне.

«Быть в марафоне», «прожить в марафоне», - отвечали один за другим, словно сговорились подшутить надо мной. И никто никаких конкретных задач не формулировал. Никто не оставлял мне повода для комментария…

Участники и сами удивлялись такому единодушию друг друга. Не зная, как реагировать, поглядывали на меня. Я недоверчиво глядел на всех, едва сдерживая улыбку. В конце концов не выдержал. Разулыбались все.

Улыбаться хотелось, потому что мне всё это, очень нравилось. Нравилась вся эта «бесцельность» входа в марафон. А недоверчиво вглядывался в каждого, потому что мне хотелось верить и не верилось, что участники сегодняшнего марафона не притворяются, а действительно уже так доверяют себе, что умеют, наконец, входить в двухдневную работу группы, не стесняя и не подстраховывая себя рамками заранее определенных задач, доверяют своей интуиции.

- Грамотные! - проворчал я, поверив каждому и всем вместе и пряча удовольствие.

В действительности ситуация участия в психотерапевтической группе, когда ты помнишь свои понятные тебе задачи, помнишь свои планы и себя в них, но, когда ты их на время марафона как бы забыл, и входишь в него, как входишь незнакомый себе в новую воду, как погружаешься в молчание, никакими планами от неизвестности не отгороженный, без задач, которые сузят твое внимание, заставят, осуществляя уже известное, что-то играть, такое ничем, кроме твоей собственной внутренней природы, не защищенное и не гарантированное участие – самая рискованная, самая тревожная, но и самая содержательная работа в группе!

Такая «постановка задач», как и тишина молчания, делает участника открытым неизвестности того, что будет происходить, открытым событиям (внутренним и внешним), и в работе в группе наиболее эффективна.

РИТУАЛ И РЕАЛЬНОСТЬ 2020 03 31



- Хотеть жить и бояться умереть – это разное! - будто бы ни к кому не обращаясь, или что-то кому-то в этом разговоре подсказывая, произносит, шестидесятилетняя с лишним женщина, похоронившая очень старенькую маму.

В моем кабинете несчастий несчастьем никого не удивишь. Потерю близких переживали здесь почти все. И все по-разному. Мне в любой боли, помогает догадка, что до меня люди жили, такое уже испытывали, и выживали.

В марафон пришла сорокалетняя женщина, давно не обращавшаяся в кабинет. Свой приход она объяснила тем, что несколько месяцев назад умер её отец, и она уверена, что здесь, в марафоне сумеет:

- Скорее дожить… Прийти в себя.

Так совпало, что напротив нее сидит девушка, у которой на прошлой неделе, после долгой болезни, умерла мама.

Занятая своим трауром женщина девушку напротив не замечает, и о горе той ничего не знает.

Девушка после смерти матери как-то, сразу вдруг, повзрослела, даже кажется свободнее, проще.

Женщина, в отличие от нее, хоть и сказала, что хочет «прийти в себя», вопреки произносимым намерениям, демонстрирует скорбь. И, всем, что делает, обязывает всех её пребывание в этой скорби поддержать, чем очень затрудняет каждому любое действие, которое могло бы побудить женщину к тому, что она назвала «дожить» и «прийти в себя». Так, отгородившись ото всех, она остается в своей печали совсем одна. Кто же решится «святотатствовать», усомнившись в естественности ее печали?! Тем более, что сама она, как кажется, ощущает себя скорбеть обязанной!

- Когда озвучивали свои задачи, мужчина рассказывал, что в последнее время полюбил одиночество. А я, после смерти папы, стала молчаливее.

И все-таки, немолодая уже участница, тоже похоронившая отца, давно знавшая скорбящую и хорошо ее чувствующая, не выдержала и решилась.

- Девочка есть, какая есть! Переживает то, что переживается, и так, как переживается. То, что с ней происходит, проживает сейчас, - взволновано объясняла она. - Ей верят. И ей здесь тепло. А ты добросовестно отслуживаешь ритуал! Им отгородилась ото всех. И от своей настоящей боли. И то, что умер отец, сам уход его, ты еще и не начинала переживать! То, что девочка проживает сразу, сейчас, тебе еще только предстоит прожить… эту боль!

О ЛЮБВИ И СТРАХЕ ЗАВИСИМОСТИ 2020 03 25



К этой теме и подступиться боюсь.  

В кабинете, даже и в последние годы, всегда больше женщин. Большинство из них к своему телу относятся как-то со стороны, будто только смотрят на него, а не чувствуют, будто их тело – это не они. Вместе с таким отстраненным отношением (к телу), и к своим плотским побуждениям, к влечению к мужчине, к женским своим желаниям относятся снижено, чуть ли ни как к наваждению. К наваждению низменному, пачкающему их, которое надо, и они научились, если не игнорировать, не замечать вовсе, то, по крайней мере, подавлять. С таким отношением к женскому в себе они приходят, такое как «чистоту» пестуют и несут в жизнь свою и тех, с кем общаются, в жизнь других женщин, мужчин, дочерей и сыновей. С таким ощущением, будто это только физиология, развлечение, вынужденная, нужная не им, уступка мужчинам, как по обязанности, участвуют во всем, что теперь называют сексуальными отношениями.

Тема о ханжеском, сниженном и брезгливом отношении женщин к своему телу, а с телом и к своим женским импульсам, влечению к мужчине, к сексуальным отношениям, обсуждается в кабинете постоянно.

Памятуя, что человек – не homo sapiens (разумный), но homo morales (нравственный), свою задачу я всегда видел в том, чтобы освободить эти отношения от всего, что их марает. Вернуть отношению к  телу с его эмоциональной жизнью его первозданную чистоту, вернуть его в ранг высших ценностей как отношение к себе.

А в этот раз, в кабинете вместе оказались сразу две очень разные, самостоятельные, каждая со своей неповторимой повадкой женщины, у кого этой проблемы не было. Обе были людьми цельными. Обе свободно принадлежали себе. Обе были чисты и все свои желания, всё в себе и в отношениях с мужчиной ощущали чистым. Обе себе в этом доверяли.

У одной описанного выше конфликта не было никогда – она выросла в любви родителей. Другая проделала долгий и трудный путь к себе уже здесь в группе.

Совсем девчонкой она дружила с мальчиком. Он погиб в аварии. Многие годы она хранила верность этой своей любви. Так осталась одна. Что у нее есть своя отдельная жизнь, что она имеет на нее право и что это не значит «предать», она открыла уже здесь. Здесь переболела это открытие. Теперь ей за тридцать.

Сегодня она как-то по-новому светилась. Я знал уже, что она, наконец, не одна и, кажется, скоро выходит замуж. Женщина рада. Но чувствует, что, чем ближе день, когда надо будет идти в ЗАГС, тем тревожнее ей становится. Хочется этот день оттянуть, отложить… Нет! В своем чувстве к мужчине она не сомневается. Не сомневается и в нем. Но от страха «готова чуть не сбежать»!

- Страшно сделать ошибку! А в чем, не знаю…

Думая о тревогах этой женщины, я вспомнил, что и другая тоже давно не одна, любит, но согласиться выйти за него замуж не решается.

Про неё я знал, что, привыкнув за многие годы жить самостоятельно и полагаться только на себя, она боится, что, в замужестве позволит себе надеяться на мужчину, расслабится, потеряет дающую ей силы независимость, потеряет себя. (Только сейчас, когда пишу, вспомнил, что и ее первый мужчина… что мужчина, в которого она была совершенно романтически влюблена в юности, тоже погиб в катастрофе).

Две замечательные, чуждые всякой фальши, вызывающие доверие женщины теперь любили и были любимы, и обе боялись связать свою жизнь с человеком и человека с собой окончательно.

В кабинете впервые выплыла тема, которая здесь никогда не обсуждалась! Может быть потому, что в отличие от влюбленности, от праздника и мороки самых изощренных сексуальных игр, любовь – это не только переживание, но отношение к миру и отношение уже зрелых людей. Впервые выплыла тема, которая является нам только на пороге зрелости! Тема отношения к любви.

Обе женщины, пережив раннее потрясение и многие годы вольно или невольно храня ему верность, научились самостоятельности, мужеству и одиночеству, тем не менее, психологически и нравственно оставались в том возрасте, когда их потеря случилась. При всей их искренности и цельности, остались в своем женском опыте ещё одной ногой в детстве! В том позднем подростковом возрасте, когда всякая нужда, всякая привязанность пугает потерей свободы. Свободы, которая в ту пору кажется независимостью от всего! Даже от силы земного притяжения – от силы тяжести. Взлететь и летать, как во сне!

Обе эти женщины, переболели свои потери. Обе, наконец, свободны для любви, искренне привязаны к своим мужчинам, любят. Обе, натуры сильные и цельные, не умеющие делать что-то наполовину, чувствуют, что их привязанность потребует их целиком. Но для обеих довериться своему чувству пока значит, рискнуть так трудно выстраданной самостоятельностью. 

В отличие от зрелого человека, для которого его любовь и есть его свобода, самостоятельность, для которого его любовь и есть он, для подростка любить – угроза попасть в зависимость от чего-то неизвестного, потерять свободу. 

Обе женщины боялись попасть в зависимость от собственного нового чувства. Любить им казалось угрозой потерять себя! Любовь грозила отказом от себя! 

Что это не так, не могут убедить ни чьи слова, ни чей чужой опыт. 

Что любовь – это свобода, действительная свобода быть собой, беречь выбранный тобою мир, открываешь только в любви!

Но, чтобы в неё решиться, приходится выбирать и рискнуть всем, что тебе знаемо до нее. Многим это не под силу.

Опасность названа, дальше их выбор!

Что поделать?! Что любовь – это свобода, узнаешь только в любви!

СОН В РУКУ! 2020 03 23



Мне приснился сон. Вспомнил я его в ходе марафона. Сон я расскажу позже. Сначала объясню, почему вспомнил.
Новенькая участница, попав в круг, вдруг вскакивала, ни с кем не считаясь, ровно другие мебель, деловито бежала на другое место. Не спрашивая тех, кто там сидел, удобно ли это им, готовы ли они потесниться, чуть только не расталкивала их, усаживалась. Через некоторое время, будто захваченная новой срочной мыслью, решительно вскакивала и стремительно повторяла то же самое с другими. И так бегала по кругу и толкалась, никого не замечая, много раз. Для себя она была в марафоне одна. То есть не в марафоне.
Другая. Жесткая взрослая женщина, давно прогнавшая мужа, мать взрослой дочери, при всех утирает платком слезы. Ее с участием спрашивают, что случилось? Она не отвечает, но начинает рассказывать, как пострадали во время раскулачивания ее дедушки и бабушки, как несчастливо не за того, кого любила, вышла ее мама. Как не оценил этой маминой жертвы отец. Рассказывает она долго, уходя в стародавние детали то ли маминого, то ли своего детства… Ее не перебивают, слушают. Она все жалится и жалится, уже непонятно на что, зачем… Что и зачем она рассказывает, перестают понимать и другие. Перестают сочувствовать. Перестают слушать. Всем неловко. Задремывают. Ходят из кабинета и обратно.  Не перебивают. Женщина говорит и говорит, не замечая кому. Забыв, кажется, и сама, зачем начала и для чего говорила, умолкает. Ничего не получив, от долгой этой мороки, женщина продолжает хныкать. Отказавшись ото всех, теперь тоже одна.
Третья (и всё подряд в одно утро!). У женщины психолога что-то спросили. Та снова, как и всегда на вопросы, рисуясь, отвечает больше, чем спрошено, как и всегда, не о том, что спрашивают. Назойливо, не спросясь, навязывает спросившему свою персону, не его, а свои проблемы. Теряет вопрос, теряет слушателя. Теряя всех, теряет с ними и себя. Как и те, выпадает и из марафона.
Все эти люди ведут себя ни с кем не считаясь. Сон в руку!
Мне снился разговор с пациенткой, но с кем именно, не знаю.
Предприимчивая женщина говорила, что все поставленные задачи всегда решает успешно, что в отношениях с людьми умеет добиваться от них всего, чего хочет. Но, в то же время, всегда остается в тревоге, как будто ничего, чего она добивается, у нее нет: «все только кажется!».
Я, во сне же, в ответ ей говорю то, что было бы точным комментарием к происходившему здесь сегодня:
- Думаю, что причина Вашего ощущения и Вашей тревоги в том, что, действуя так предприимчиво, Вы ни с кем не считаетесь, ни у кого не спрашиваете, даже не интересуетесь, надо ли все, чего вы добиваетесь от людей, им?
Сон в руку!

НИКОГДА НЕ СМОТРЕЛ НА ОТЦА! 2020 03 17



Между тем, кто, будучи внутренне закрытым, жестким человеком, в отношениях мягчит (мы о нем говорили прошлый раз), и тем, кто, демонстрируя независимость, вел себя с вызовом по отношению ко всем (о нем говорили ещё раньше), шел разговор о власти и подчинении.
Успешный инженер, серьёзный руководитель, вопреки своему социальному статусу и возрасту, без всякой надобности, как мальчишка, демонстрирующий независимость, размышлял вслух:
- Почему я не могу, не умею, не люблю подчиняться? –
- А подчинять? Других Вы часто подчиняете?
- Я и подчиненными не очень хорошо пользуюсь. Никогда никого не подчинял ради себя.
- Вы же столько лет руководитель! Что же, получается, Вы никогда никем не пользовались?
- Чаще мной пользовались.
- А Вы?
- У всех свои функциональные обязанности.
- Но Вы же живой! Почему Вам нельзя, как и всем, откровенно брать, что нужно? Что хотят отдать? Что могут отдать? Почему надо это объяснить их обязанностями, их служебным долгом? - спрашивая, я понимал, что мы все всё друг у друга берем, и что вопрос только в том, отдаем ли мы себе отчет в том, что просим и что берем, или нет? Умеем ли помнить, что взяли, быть благодарными?!
- Н-не знаю.
Интуитивно почувствовав прямо сейчас, во время нашего диалога, в чем внутренний конфликт этого мощного, со всей силой своего темперамента воюющего с самим собой, незаурядного человека, спросил:
- Как Вы относитесь к отцовскому эгоизму?
- Почему такой вопрос?.. – в замешательстве от неожиданности удивился мой собеседник. - Не знаю… - Ко мне он относился всерьёз, и всерьёз принял и вопрос. - Ничего про отца не знаю…
- Правильно я понимаю, что Вы всю жизнь боитесь повторить в себе эгоизм отца?! - продолжал я.
- Никогда не смотрел так! Никогда не смотрел на отца, как на обычного человека…
- Никогда не очеловечили отца?!
- …
- А он?
- Он в самом деле был… эгоистом…
Не очеловечив для себя отца. Не умея понимать, родившего его мужчину. Сын, не сознавая своего страха быть на него похожим, боится всего своего, личного – «эгоистичного» в себе. Ради дела – можно! Ради другого – можно! Ради себя – ничего!

ЧТОБЫ НЕ БОЛЕЛ ЖИВОТ 2020 03 16



Продолжался разговор о невнимательном отношении к собственному мнению и о доверии к себе. Об интересе к чужому видению.

Говорили о человеке, пожаловавшемся на то, что он чувствует себя как-то приниженным, словно распрямиться не может. А со стороны было неловко видеть, как униженно вел он себя со всяким, сколь-нибудь существенным для него человеком.

Задетые этой его проблемой участники группы в один голос говорили о том, что никто его не унижает.

Что, желая чувствовать себя «хорошим» («ласковое теля двух маток сосет», - напомнила женщина), он не отдает себе отчета в своих «плохих» свойствах. Не сознавая своего высокомерии, без уважения относится к окружающим, не видит в них таких же людей. Общается не с этим конкретным человеком, а с выдуманной им схемой, невпопад. Ему кажется, что и другие его не видят. На этих, выдуманных и не замечающих его, он втайне обижен. Свою безотчетную враждебность приписывает им. Не доверяя никому, всех и боится. Упреждая ожидаемую агрессивность, спешит вас обезоружить угодливостью.

- Он боится. Станьте на место его руководителя! - предлагал серьезный менеджер. - Подчиненный смотрит на вас подобострастно, снизу вверх. Вы же видите, что это показное внимание от недоверия, от страха. Не уважение чувствуете, а укоризну за то, в чем вашей вины нет! Это вас напрягает. Вы ему – не нянька, не психотерапевт! Пряча досаду, ведете себя соответственно – пользуетесь тем, что есть. Он получает подтверждение своей версии. Но так ведь со всеми, от кого он в чем-то зависит. Сам себя унижает, сам чувствует себя униженным.

- Боясь конфликтов (другие же не такие, как он), он, чтобы оставаться на безопасной дистанции от людей, досочиняет и человека и свое «должное» отношение к нему. Выдуманным, он ничего не должен! В тех случаях, когда он не досочинил, другие оказываются такими же, как он. Это обязывает и стесняет его – с ними надо считаться! - будто только что это заметила и поняла, взволновано описывала понятое молодая женщина. - Его манипуляции отношением («сочинил, не сочинил») разрешают ему отдалиться от каждого…  Впрочем, как и мне! - добавила говорившая, делясь открытием и желая чувствовать себя честной с собой.

- Да не умею я, быть с этими эмоциями! Когда чувствуешь кого-то, такая тревога – живот подводит. Болит! - не сдержался тот, о ком говорили.

Впечатлительный человек, вместо того чтобы осваивать и развивать свою впечатлительность как талант, помогающий открывать мир, оберегая себя от необходимых тревог, превратил дар, в дефект, отгораживающий от людей и принижающий его меж нами.

НЕ ДОВЕРЯЯ СВОЕМУ НЕДОВЕРИЮ 2020 03 13



Продолжался разговор о своем взгляде на вещи. О доверии к своему и об уважении чужому взгляду, отношению. О последствиях внимания и невнимания к себе, к другому.

Мужчина-психолог говорил о другом, тоже весьма интересном, собранном и деятельном мужчине:

- У этого человека свой взгляд на все явно есть. При этом он, как и многие люди с высоким IQ, склонен к сомнению. Проблема, что в быту, в личных отношениях, не доверяя себе, он от своего отношения часто отказывается.  Причина, по-моему, в том, что у него нет внимания и к своему недоверию. Нет доверия к своему недоверию! Поэтому нет доверительной перепроверки своего взгляда. Вместо этого, вместо того чтобы свое сомнение использовать для проверки себя, он выбирает, довериться «общепринятому», «чужому опыту». Не набирает, не накапливает своего опыта. Нет динамики. Только в форс-мажорных ситуациях!

- Я тоже хочу сказать, - вызвалась женщина. - Он имеет свое отношение. Но не доверяя себе, и к чужому (не общепринятому) взгляду на себя, на обстоятельства тоже относится без интереса, даже с опаской! Не вникая, не разбираясь, что взять, что отвергнуть, остается от чужого взгляда зависимым, как от внушения. И доказывает себе независимость.

- Важно, - поспешил добавить психолог, - что в профессии он себе доверяет. Но по привычке не доверять другим, своё виденье отстаивает воинственно. Это кажется высокомерием, обижает и отталкивает людей. Вызывает их сопротивление ему. А с ним и его мнению.  Этим он создает ненужные конфликты и очень затрудняет продвижение своего взгляда. И все от того, что, не признавая себя, он зачеркивает как людей и тех, с кем конфликтует.

Разговор на этом не кончился.

ВЫЧУРНО И НЕВПОПАД 2020 03 12



Продолжали разговор о том, что есть объективное существование человека, его реальная жизнь, которую мы можем наблюдать со стороны, как наблюдаем жизнь любого живого существа, и есть собственное сознательное отношение, внимание или невнимание человека к этому своему существованию – к своим импульсам, влечениям, эмоциям, к чувствованиям и чувствам. Мы можем замечать, видеть и чувствовать другого, а он может воспринимать себя иным или не замечать вовсе. Говорили о нашем отношении к своему и чужому взгляду на вещи.
Речь зашла о разошедшейся с мужем романтичной преподавательнице, матери взрослого сына. Говорившая о ней вспомнила героиню фильма: «Раба любви»:
- Она же образованный человек, умница, а создала себе какую-то искусственную реальность. В ней играет себя, как во сне. Сама для себя, - с укоризной досадовала её ровесница. - Ни вас не замечает, ни в зеркало не глядит. Что получается, не видит. Сочиняет себя «такую загадочную»!
- Она и нас сочиняет «загадочными», - вмешался мужчина-психолог. - Разочаровывается. Живые, мы ей не интересны! Она себе не интересна. Не чувствует себя. Не знает, что она есть, не догадывается. Вот и разыгрывает саму себя – жеманничает. От жеманства и разочарований устает. Ей одиноко. Холодно. Скучно. От скуки кидается в новые увлечения, новые разочарования, в привычное жеманство, в котором тоже нет ничего нового. Ей ещё скучнее. Круг замыкается. Не остановиться! В её «играх» негде соприкоснуться с реальностью. Только в депрессии…
И действительно. Весьма одаренная, от природы красивая, но усталая, романтичная взрослая девочка, пользуясь где-то давно не творчески перенятыми, пошлыми штампами, казалось, верила, что привлекательно кокетничает. А на деле, и ей скучно и с ней невыносимо! И тем невыносимее, чем острее вы чувствуете ее настоящую, живую и красивую, к которой за этими ее играми не пробиться. Ни своего взгляда на себя, на вас не знает, ни вашего не замечает. Все вычурно и все невпопад! И себя пустыми хлопотами измучила и вы, из-за того, что нечем вам на них ответить, чувствуете себя вечно огорчающими девочку!